Логика формальная и диалектическая.

ВВЕДЕНИЕ

В настоящей работе мы приведем анализ произведений Аристотеля, в которых то или иное место занимают вопросы логики. То, в каком порядке логические произведения Аристотеля, как правило, приводятся, нельзя назвать случайным. В этом порядке отражена дидактическая структура сущности логического познания, восходящая к сложному от простого. В произведении «Категории» речь идет о словах, которые приводятся «вне какой-либо связи» и обозначают наиболее универсальные характеристики бытия. У Аристотеля приведено перечисление десяти категорий (гр., здесь и далее – в транскрипции Эразма Роттердамского kategoreo – утверждать, высказываться, судить):

1) суть (сущность);

2) качество;

3) количество;

4) отношение;

5) место;

6) время;

7) положение;

8) владение (обладание);

9) действие;

10) страдание.

Они являются как бы ответами на вопросы: «что именно есть?», «сколько?», «как?», и проч. В аристотелевской «Метафизике» либо все логических категории сводятся к трем (сущность, отношение, свойство), либо же четыре указанные в списке выше последними категории рассматриваются как одна – движение.

С анализом аристотелевских категорий непосредственно связан существенный, однако уже не совсем исключительно логический вопрос. Что суть категории? Чем являются роды бытия сущего? Какова сущность форм мышления либо лингвистических форм, каковыми являются слова, имена? Все упомянутые точки зрения рано или поздно уже высказывались в историко-философской литературе. Так как в них отражаются отдельные стороны Аристотелевой концепции, все они имеют под собой основания. Тем не менее сведение категорий к какой-либо одной стороне не является естественным и правомерным. Аристотелем создано учение о категориях на основе исследования родов бытия, равно как и его всеобщих признаков и характеристик, которые выражаются в понятиях, истинных в той лишь мере, в коей они выражают такие характеристики. Именно поэтому Аристотелево учение о категориях – концепция синтетическая, но тем не менее также недифференцированная, в которой категории являются одновременно и характеристиками бытия, равно как характеристиками и логическими, и лингво-грамматическими. Дифференциация этих категорий – дело будущего. В этом заключена и сила, и в то же время слабость аристотелевского учения о категориях. Сила – в той мере, в коей категориальные определения составляют единство объективного и субъективного определений некоей сущности, причем через форму субъективную всегда видно объективное мыслительное наполнение. Слабость – в силу того, что нерасчлененность объективного и субъективного может вести к неоправданному одностороннему предпочтению одной стороны вопроса, в то время как имеет место спутывание объективной диалектики единичного, особенного и всеобщего в этой сущности с их дифференциацией в мысли.

В настоящей работе мы рассматриваем понятие категории в аристотелевской логики в его тесной взаимосвязи с другими понятиями, которые рассматривает философ. Важность именно категории во всех рассматриваемых Аристотелем логических построений, несомненно, столь велика, что мы включили в настоящую работу также анализ законов человеческого мышления, высказанных, опять-таки, Аристотелем.